Лиорелин (liorelin) wrote,
Лиорелин
liorelin

Category:

Причины мировых войн ХХ века. Политика. Часть 1-я.

Покончив с экономикой, перехожу к военно-политическим причинам. Их будет две группы: 1) территориальные претензии и внешнеполитические цели великих держав, 2) кризис в международных отношениях накануне конфликта.
В первой группе будет деление на три части: сначала основные участники Тройственного союза (Германия, Австро-Венгрия, Италия) и "оси" Рим - Берлин - Токио, затем страны Антанты (Великобритания, Франция, Россия/СССР) и, отдельно, США и Япония.


ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРИЧИНЫ

В конце XIX века, когда был осуществлён раздел мира на сферы влияния между ведущими европейскими державами, в первую очередь между Англией и Францией, ни Германия, ни Австро-Венгрия, ни Италия не получили такого количества колониальных владений, какого бы им хотелось. Поэтому они были заинтересованы в продолжении передела мира, чтобы не только сравняться, но и перегнать Англию и Францию в силе и могуществе.

О появлении у Германии стремления к внешней экспансии можно говорить начиная с 70-х гг. XIX века, а точнее – со времени франко-прусской войны 1870-1871 гг. и образования в Центральной Европе империи Гогенцоллернов. Вслед за разгромом Франции Пруссия, одержавшая перед тем верх ещё в двух войнах (в 1864 г. – против Дании и в 1866 г. – против Австрии), провозгласила образование Германской империи, объединив разрозненные германские земли. Это произошло в Версале в январе 1871 г., где был обнародован Манифест Вильгельма I, первого императора объединённой Германии. С этого момента Германия стремится не просто к упрочению своего положения в Европе, но и к постепенному завоеванию доминирующих позиций на континенте и быстрому наращиванию военно-экономической мощи.

С момента рождения новой империи особенно напряжёнными стали франко-германские отношения. Во Франции Берлин видел серьёзную для себя угрозу, о чём и было сказано, с подчёркнутой прямолинейностью, в Манифесте Вильгельма I. Германия выжидала случая и подходящего повода повторить схватку и ещё сильнее потрепать Францию, выбить из числа великих держав, низвести до положения второразрядного государства, а при удаче – как пугали своих соотечественников некоторые французские политики и публицисты – превратить в нечто вроде германской провинции.

Несколько позже у Германии стали нарастать противоречия с Англией и Россией. Уже с 70-х гг. XIX века распространяется взгляд, что ей рано или поздно придётся воевать на два фронта и что она способна вести такую борьбу. Это не было какой-то исторической случайностью или результатом врождённой агрессивности германского народа. Готовность Берлина опереться на силу оружия была обусловлена отставанием Германии в эксплуатации колоний. Немецкая общественность была не удовлетворена тем, что Англия, Франция и Россия контролируют гигантские территории, поделив мир на «сферы влияния», а Германия обладает «бедными» колониями «третьего сорта». Территориальные претензии империи наглядно отражены в «сентябрьской программе» 1914 г., изложенной рейхстагу правительством. Предусматривалась аннексия района Вогезских гор и пограничных крепостей в Бельгии, а также части Северной Франции, создание «Срединной Европы», в которую, помимо ядра – Германии и Австро-Венгрии, должны были войти Нидерланды, Швейцария, Скандинавия, Италия, Румыния и Болгария. В Турцию перебрасывался «мост», поляки оттеснялись на восток от Вислы. Россию предполагалось «повернуть» на Восток, «отобрав у неё западные пограничные области, благодаря которым она участвует в жизни Европы, и прежде всего её морские берега», чтобы она перестала «быть великой европейской державой и снова стала тем, чем была до Петра Великого». Предусматривалось и создание «Срединной Африки» от Индийского океана до Атлантики при поглощении бельгийских, португальских и других колоний. Однако в канун мировой войны в Берлине крепло влияние тех военных и политиков, кто доказывал необходимость сначала нанести удар по соперникам на континенте. Ведь даже для прочного обоснования в той же Турции, несмотря на завоёванные уже там позиции, требовался мощный и обеспеченный европейский плацдарм. В популярной шовинистической песне объекты экспансии были определены достаточно чётко – «сначала Европа, а затем – весь мир!».

Младший партнёр Германии – Габсбургская монархия, несмотря на растущие внутренние трудности, а отчасти и благодаря им, также преследовала далеко идущие внешнеполитические цели и интенсивно вооружалась. Важную роль в определении государственного курса играл начальник Генерального штаба Франц Конрад. Он непрестанно подчёркивал, что только с помощью агрессии «вовне», лишь после уничтожения «югославянской опасности» можно обеспечить само существование «лоскутной империи». В документе 1907 г. Конрад писал, что Габсбургская монархия претендует на «Адриатическое море, Балканский полуостров, восточное побережье Средиземного моря, часть Северной Африки». Многие австрийские и венгерские ведущие политические и военные деятели с боязнью рассматривали перспективы прямого столкновения с Россией. Так, эрцгерцог Франц-Фердинанд, наследник австро-венгерского престола, полагал, что война с ней может обернуться падением династий Романовых и Габсбургов; он предпочёл бы локальную войну на Балканах или даже превентивный удар по собственному, скорее всего вероломному, союзнику и сопернику – Италии, отношения с которой стремительно портились. Однако всё же на случай вероятной войны на Востоке тоже строились различные программы, например, образование польского марионеточного государства под эгидой Австро-Венгрии с включением в него «Королевства Польского» и прямая аннексия смежных украинских земель, что было невозможно без войны с Россией.

Италия, так же, как и Австро-Венгрия, искала выход из внутренних трудностей во внешней экспансии. Надеясь с помощью колониальных приобретений в Северной Африке разрешить социальную напряжённость и создать рынки сбыта для своей промышленности, Италия претендовала сначала на Тунис, а затем на Эфиопию. Однако её колониальные претензии повсеместно сталкивались с ожесточённым сопротивлением Англии, Франции, а также Германии и Австро-Венгрии. Соперничество ведущих европейских держав, оттеснивших Италию от передела Африки и неудачи первых захватов способствовали тому, что в 1910 г. в стране возникла финансируемая крупнейшими монополиями политическая организация «Ассоциация националистов». Она объявляла войну «матерью добродетелей», а Италию – обиженной сильными державами «нацией-пролетаркой». Взывая к славе Древнего Рима, «Ассоциация» требовала захватов на Балканах, в Малой Азии, Северной Африке. Первым шагом к достижению господства в бассейне Средиземного моря должен был стать захват Триполи и Киренаики – африканских владений Османской империи. Российский военно-морской агент в Австро-Венгрии и Италии отмечал, что «итальянская дипломатия долго и терпеливо ждала подходящего момента, удобной для себя конъюнктуры, и когда она наступила, стала действовать с поразительной и поистине завидной решительностью». При этом «совершилась удивительная вещь – Италия пошла войной на Турцию с общего согласия Европы». Триполи и Киренаика стали итальянской колонией под общим названием Ливия, а сама Италия не собиралась ограничиваться достигнутым, несмотря на ухудшение экономической и социальной обстановки внутри страны.

~*~

Круг держав, недовольных своим положением и стремящихся его исправить, несколько изменился после Первой мировой войны. Место Австро-Венгрии, исчезнувшей с политической карты мира, заняла Япония.

Подготовку к тому, чтобы «переиграть» неудачную войну 1914-1918 гг., правящие круги Германии начали сразу же после поражения, но к практическим действиям будущий третий рейх перешёл только с приходом к власти национал-социалистской партии во главе с Адольфом Гитлером. Его захватнические замыслы были прямым продолжением экспансионистских идей пангерманистов, причём сам Гитлер не скрывал, что все программные положения возглавляемой им партии и внешнеполитического курса по существу не представляли ничего нового, а были сформулированы задолго до её образования. В план экспансии Германии входило, во-первых, возвращение территорий, утраченных после Первой мировой войны, во-вторых, создание «жизненного пространства» (lebensraum), необходимого для успешного экономического, политического, социального и культурного развития «арийской расы», и, в-третьих, борьба за мировое господство с великими державами.

Поскольку Гитлеру было хорошо известно, что в Англии и США имеются влиятельные силы, стремящиеся направить германскую агрессию на Восток, против СССР, то он не сомневался в том, что внезапное нападение на СССР и быстрый крах его приведут к тому политическому результату, на который он рассчитывал. В случае же отказа англосаксонских стран добровольно отдать Германии мировое господство, Гитлер предполагал, имея в своём распоряжении необъятные сырьевые ресурсы СССР, принудить Великобританию и затем США военным путём пойти на политическую капитуляцию перед Германией. Таким образом, война против СССР была запланирована Гитлером как часть борьбы за мировое господство, как важный этап на пути подчинения западных держав и их колоний «германскому мировому порядку».

Но, готовясь к предстоящей большой войне, нацисты, реально оценивая свои шансы, понимали, что без должной «подготовки» не справятся с таким колоссом, как Советский Союз, и поэтому имели в виду до похода против СССР укрепить позиции за счёт соседей. «Советская Россия – большой кусок. Им можно и подавиться, – рассуждал Гитлер в кругу приближённых. – Не с неё я буду начинать». Прежде, чем приступать к генеральной цели – захвату мирового господства (т.е. борьбе с великими державами – Великобританией, Францией, США и тем же Советским Союзом) – следовало уладить европейские дела, присоединив территории, утраченные после Первой мировой войны, и бывшие владения Габсбургов и Романовых в Восточной Европе. На месте уничтоженной Франции гитлеровцы мечтали создать «образцовую» эсэсовскую «Бургундию» со столицей в Амьене. Богатые углём и железом или развитые в промышленном отношении районы должны были войти в состав рейха. Кроме того, были детально разработаны планы захвата Англии («операция «Морской лев»), Швейцарии («операция Танненбаум»), Швеции («операция Поларфукс»). Подобным же образом нацисты намеревались разделаться и со своими союзниками. Финляндию намечали включить в состав рейха. Операция «Феликс-Изабелла» предусматривала ввод немецких войск в Испанию и Португалию. В отношении Италии замышлялась операция «Валькирия». За Муссолини сохранились бы чисто номинальные функции. Таким образом, «жизненное пространство» Германии включало бы весь европейский континент, от Атлантики до Урала, от Северного Ледовитого океана до берегов Средиземного моря и границ Ирана.

Как свидетельствуют материалы Нюрнбергского процесса, гитлеровцы предусматривали возможность военных действий и против Америки. «Северный вариант» включал операцию «Икар» (высадку в Исландии) и проведение операций в Атлантике с использованием подводных лодок и авиации. В соответствии с «Южным вариантом» намечался захват островов в южной части Атлантического океана и затем высадка в Бразилии. Однако главная ставка делалась на то, что американскую «линию Мажино» – Атлантический океан удастся «обойти» с помощью «пятой колонны», тайно насаждавшейся в странах континента.

Несмотря на то, что в «Майн кампф» Гитлер подчёркивал, что «жизненные интересы» Германии устремлены прежде всего на Восток, в Россию, а не в бывшие (или будущие) немецкие колонии в Африке и Азии, стремление воссоздать германскую колониальную империю (как минимум – в прежних границах) было одной из составляющих стратегии реванша. На этот счёт имеются документальные подтверждения, включая, прежде всего, военные планы гитлеровского командования в Африке и на Востоке и сам ход боевых действий на Африканском континенте. В планы Гитлера в Африке входило создание обширной колониальной империи на базе бывших владений Германии (Камерун, Того, Танганьика, Руанда, Бурунди, Юго-Западная Африка), Бельгийского Конго, а также Французской Экваториальной Африки, Нигерии, Северной Нигерии и Кении. Южно-Африканский союз должен был стать профашистским зависимым государством, а Мадагаскар – местом депортации евреев.

Победа союзников над державами Центрального блока ещё более разожгла аппетиты итальянской крупной буржуазии. По условиям Лондонского договора 1915 г. Италии была обещана огромная добыча: Трентино, Южный Тироль, Триест, Истрия, Далмация, протекторат над бóльшей частью Албании, ряд турецких областей. На Версальской конференции, не довольствуясь уже этим, её правительство потребовало передачи Италии важного порта на побережье Адриатического моря – Фиуме (Риеки). Реальное соотношение сил на конференции сложилось, однако, не в пользу Италии. Оказавшись после войны среди победителей, Италия чувствовала себя «побеждённой» и была разочарована итогами дележа добычи, желая переиграть войну и добиться нового передела мира в свою пользу. Всё это толкнуло многих промышленников, торговцев, крупных собственников и офицеров в ряды экстремистов, названных фашистами.

Фашистский режим, установленный в 1922 г., призывал к осуществлению широкой программы завоеваний и возрождению «величия древнего Рима». Не имея ни сил, ни средств для развязывания сколько-нибудь успешных военных действий на континенте Европы, Муссолини обратился к давно вынашивавшимся итальянскими правящими кругами планам завоеваний в Африке. Открыто прославляя войну как естественное состояние человечества, Муссолини с завистью следил за успехами Гитлера, а потому принял личное участие в разработке экспансионистской программы под названием «Марш к океану». Она предусматривала превращение Средиземного моря в «Итальянское озеро», захват Северной и Центральной Африки, создание обширной колониальной империи от Красного моря до Атлантического океана. Итальянские монополисты претендовали получить в наследство от Англии и Франции их заморские владения и рынки сбыта, но не только их. Так, захватив Эфиопию, Италия тут же предъявила претензии на французские территории Савойю, Ниццу, Корсику, французскую колонию в Африке Тунис, принадлежавшую в то время Англии Мальту. Свои особые планы имелись у Муссолини касательно балканского региона (Югославия, Албания, Греция и др.), и он ревниво наблюдал за успехами Гитлера в этой области, боясь, как бы тот не перехватил инициативу.

Для осуществления своих замыслов в отношении западных стран Италия нуждалась в политической и экономической поддержке Германии, что и послужило причиной создания «оси» Берлин – Рим, а затем подписания целого ряда договоров, скрепляющих союз двух фашистских государств.

Итоги Первой мировой войны были выгодны для Японии. Участвуя в войне на стороне Антанты, она не вела активных военных действий, а ограничилась рядом территориальных захватов германских владений (в Китае, Маршалловых, Каролинских и Марианских островов в Тихом океане). Помимо этого Японии удалось упрочить своё влияние прежде всего в Юго-Восточной Азии, а также на рынках Африки и Южной Америки. Однако на состоявшейся в 1922 г. международной конференции в Вашингтоне она под давлением главным образом США и Великобритании подписала «договор девяти держав», согласно которому по отношению к Китаю должна была проводиться политика «открытых дверей» и «равных возможностей». Это был удар по японским притязаниям на расширение сферы своего господства в Китае. Японские промышленники не могли рассчитывать на вытеснение с китайского рынка своих более сильных конкурентов, прежде всего американских монополий, мирными экономическими средствами. Не устраивал правящие круги Токио и подписанный в Вашингтоне опять же под давлением США «договор пяти держав», по которому Японии запрещалось иметь линейные корабли в количестве, превышающем 2/3 от численности американских или английских кораблей того же класса. Неудовлетворённость правящих кругов Японии далеко не лидирующим положением страны в Тихоокеанском бассейне стала, таким образом, причиной проведения агрессивной внешней политики. Геополитические цели Японии были сформулированы в 1927 г. в меморандуме генерала Танаки, представленном императору. В нём говорилось: «Для того чтобы покорить мир, мы должны прежде всего покорить Китай… Овладев ресурсами Китая, мы перейдём к покорению Индии, Малой Азии, Средней Азии и Европы».

7 августа 1936 г. было принято решение, известное под названием «Основные принципы национальной политики», представлявшее собой стратегический план японской агрессии. В документе, в частности, говорилось: «Основа нашего государственного правления состоит в том, чтобы… превратить империю номинально и фактически в стабилизирующую силу в Восточной Азии, обеспечить мир на Востоке и внести тем самым свой вклад в дело обеспечения спокойствия и благоденствия всего человечества. Основные принципы этой программы национальной политики заключаются в следующем: во-первых, достижение взаимного благоденствия в Восточной Азии…, в-третьих, ликвидация угрозы с севера, со стороны Советского Союза… и обеспечение готовности встретить во всеоружии Англию и Америку…, в-четвёртых, расширение нашего национального и экономического продвижения на юг, в особенности в район стран Южных морей». Для осуществления всех этих замыслов было признано необходимым быстрее завершить подготовку вооружённых сил Японии к войне.

Таким образом, готовилось два варианта ведения войны: северный – против СССР и южный – против США, Англии и их союзников. Очерёдность осуществления каждого из них ставилась в зависимость от конкретного складывавшихся условий международной обстановки. План войны против СССР (план «Оцу») предусматривал захват советского Дальнего Востока с использованием Кореи и Маньчжурии в качестве плацдарма для последующего наступления. Японские спецслужбы в Маньчжурии, реализуя установку своего правительства на подготовку условий для нападения на Советский Союз, ещё в 1936 г. разработали план создания буферного государства на Советском Дальнем Востоке в рамках территории бывшей Дальневосточной Республики с центром в Чите. Об этом предупреждала в своём сообщении 15 июля 1941 г. Харбинская резидентура НКГБ СССР, а позже показал на следствии бывший атаман белогвардейских войск в Сибири и на Дальнем Востоке Г.М.Семёнов, арестованный в августе 1945 г.

Однако после неудачи на реке Халхин-Гол в мае 1939 г. в Токио пришли к выводу о необходимости сначала претворить в жизнь южный вариант ведения войны с захватом стратегически и экономически важных колониальных владений европейских стран, тем более что подобной точке зрения способствовала политика умиротворения, проводимая Великобританией, Францией и США. 22 сентября 1940 г. Япония ввела свои войска в северную часть Французского Индокитая, положив начало расширению своей агрессии в южном направлении.


Далее - о целях стран Антанты.

Ссылка на меня при использовании всех текстов обязательна.

 
Tags: causes of world wars
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments